Шкала развода на диагноз

Впервые столкнуться с медицинской псевдодиагностикой мне пришлось в 2002-м году, когда я уволился из армии и пытался найти себя на гражданке. Тогда мне ещё не было известно, что я — известный медицинский журналист, которого с нетерпением ждут в МедНовости.ру (спецпроект Ленты.ру на тот момент), поэтому пытался пристроиться в обычной медицине. А ещё после армейской нищеты 90-х очень хотелось денег, семья это желание всячески разделяла и поддерживала. Объявление «Работа для врачей, новый метод диагностики» ничем особо не отличалось от других, разве что условия предлагали очень неплохие, включая обучение без отрыва от производства. Подробности хождения на «тёмную сторону» за печеньками можно узнать в автобиографической заметке «Как я был биорезонансным диагностом», но в целом получилась мощнейшая прививка от медицинского шарлатанства, предопределившая мою дальнейшую судьбу.

Предлагаю «Шкалу развода на диагноз» (ШРнД), квинтэссенцию моего опыта десятилетнего коллекционирования и разбора на запчасти всяких оберонов с фоллями. Всего в ней 12 критериев: 5 больших и 7 малых. Чтобы отнести методику к псевдомедицинской, достаточно 6 баллов: 1 большой критерий + 1 малый либо 6 малых.

Большие критерии (5 баллов каждый)

Первый

Для объяснения явления, которое лежит в основе методики, используется сложная и малопонятная терминология, опирающаяся на понятия, существование которых не доказано; зачастую обоснование представляет собой просто набор не связанных между собой наукообразных терминов.

Теоретически можно было бы ограничиться этим критерием. Любой современный метод реальной диагностики можно объяснить сколь угодно просто. Не каждому человеку это под силу: упрощать тоже надо уметь. Но такое возможно в принципе. Электрофорез белков, МРТ, ЭКГ — всё это можно объяснить коротко, используя понятийный аппарат школьного курса биологии.

Проведём небольшой эксперимент и попытаемся объяснить рентгенодиагностику. Итак, если электроны сильно разогнать, а затем резко затормозить, например, стеклянной преградой, возникнет мощное излучение с очень хорошей проникающей способностью. Оно может проходить и через ткани организма: через плотные — похуже, через наполненные воздухом — получше. Если поместить часть тела человека между источником излучения и фотопластиной, мы получим изображение, где кости будут выглядеть светлыми (они задерживают излучение), а лёгкие или просвет кишки — темными (через них лучи проходят почти без потерь).

А вот цитата, описывающая принцип действия одного из псевдодиагностических приборов:

Аппарат функционирует на основе принципа усиления инициирующего сигнала при распаде метастабильных структур. Магнитные моменты молекулярных токов примесных центров нервных клеток коры головного мозга под воздействием внешнего электромагнитного поля теряют свою первоначальную ориентацию, за счёт чего разупорядочиваются спиновые структуры делокализованных электронов, что служит причиной возникновения в них неустойчивых метастабильных состояний, распад которых играет роль усилителя инициирующего сигнала. С физической точки зрения аппарат представляет собой систему электронных осцилляторов (кадистор), резонирующих на длинах волн электромагнитного излучения, энергия которых адекватна энергии разрушения доминирующих связей, поддерживающих структурную организацию биологического объекта. Информация о конкретном состоянии биологического объекта снимается бесконтактным путём с помощью триггерного датчика, разработанного с применением новых информационных технологий и микросхемотехники, улавливающего слабозаметные флуктуации сигналов, выделяемые из среднестатистических шумовых характеристик полей и преобразуемые в цифровую последовательность, обрабатываемую с помощью микропроцессора для передачи по интерфейсному кабелю в компьютер.

Как говорится, почувствуйте разницу. Даже до конца дочитать с первого раза не получится, не то что понять и пересказать своими словами.

Псевдодиагносты очень любят вводить свои собственные термины и понятия, на которых потом и будет строиться всё объяснение. А могут пользоваться уже существующими несуществующими явлениями и феноменами. Например, изучая описание биорезонансных приборов, можно наткнуться на генераторы торсионных полей в их принципиальных схемах.

Псевдодиагносты очень любят вводить свои собственные термины и понятия, на которых потом и будет строиться всё объяснение. А могут пользоваться уже существующими несуществующими явлениями и феноменами. Например, изучая описание биорезонансных приборов, можно наткнуться на генераторы торсионных полей в их принципиальных схемах.

А гемосканирование (диагностика по живой капле крови) предусмотрительно без этого обходится, там лженаучные чудеса начинаются только на этапе интерпретации результатов. Так что если в описании методики нет слов «энергоинформационный», «чакры», «аура» и т.п., это ещё ничего не значит: ввести в заблуждение можно десятком других способов.

Второй

Огромный спектр диагностируемой патологии при отсутствии данных о чувствительности и специфичности методики в научной медицинской литературе.

Одна из отличительных особенностей псевдодиагностики — возможность узнать абсолютно всё о своем здоровье, не бегая по разным специалистам и кабинетам. Это специально подчёркивается в рекламе: «Диагностика всего организма за час», «40 врачей за полтора часа» и прочие вариации на ту же тему. Суть одна: вы тратите минимум времени, но вам при этом сообщают максимум информации.

Почему это признак шарлатанства? Потому что пока не существует настолько универсальных диагностических методик. И конкурс на воссоздание трикодера из сериала «Звёздный путь» ещё только объявлен, причём не факт, что задумка удастся. Строго говоря, это и не нужно, ведь за универсальность всегда приходится чем-то расплачиваться. Узкие специализированные методики на практике оказываются более эффективными. Та же МРТ не в состоянии определить фракции липопротеинов. Или выявить возбудителя уретрита. Или оценить, из какого узла исходит ритм сердца. А при помощи ЭКГ мы не обнаружим трещины в рёбрах или опухоль в левой височной доле головного мозга.

Откуда известно об их эффективности? У каждой диагностической методики есть две ключевые характеристики: чувствительность и специфичность. Понятно, что в зависимости от патологии они могут существенно варьировать даже в рамках одной методики. Поэтому существует научная литература, публикации в медицинских журналах, то есть некая база знаний обо всех реальных диагностических методиках. Например, об эффективности КТ и МРТ в онкоурологии можно узнать в статье С.П. Морозова и Е.А. Безрукова «Томографические методы диагностики рака предстательной железы», опубликованной в «Российском электронном журнале радиологии». А о применении теста на бета-ХГЧ в моче при «замершей» беременности — в англоязычном журнале Fertility and Sterility. Кроме того, и о КТ, и о МРТ, и о тесте на бета-ХГЧ можно почитать ещё в нескольких десятках изданий — на русском, английском, немецком, французском, испанском или китайском.

О шарлатанах такой информации нет. Даже если они приводят какие-то цифры на своих сайтах или в брошюрах, эти данные невозможно подтвердить или проверить по другим источникам. Ещё один признак — публикации только в русскоязычных медиа, которые не входят в Перечень рецензируемых научных изданий, объявленный Всероссийской аттестационной комиссией (ВАК) Министерства образования и науки РФ, при отсутствии каких-либо сведений по теме в зарубежных рецензируемых журналах.

Третий

Отсутствие диагноза «Здоров» или заключения «Вариант нормы». Использование не принятых в медицине формулировок и названий несуществующих патологий.

Почему нельзя ограничиться только первой половиной критерия? Потому что аналогичный приём, к сожалению, нередко используется и вполне себе «официальной медициной». Лечить несуществующую болезнь выгодно во всех смыслах слова, в том числе в финансовом. Так что случаи «развода на диагноз» были, есть и будут.

Тем не менее шарлатаны обычно не осмеливаются откровенно вторгаться в медицинскую нишу. Так что у вас обнаружат забитые чакры, покосившиеся меридианы, закисление, зашлакованность III степени, ферментопатию, дисбактериоз крови. Впрочем, в отдельных случаях они всё-таки рискуют и ставят реально существующие диагнозы. Но это скорее исключение, потому что настоящий диагноз подразумевает настоящую ответственность, которой псевдодиагносты стараются избегать.

Как проверить, выдуманную болезнь у вас нашли или нет? Очень просто. В России действует Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10). Достаточно зайти на официальную страницу этого документа на сайте ВОЗ и поискать ваш диагноз. В «официальной медицине», к слову, принято кодировать заболевания, эти коды также есть в МКБ-10. Например, хроническая болезнь почек — N18, бронхиальная астма — J45. Даже если руководящий документ изменится — а в 2018-м году должен появиться уже 11-й пересмотр (МКБ-11), — в нём всё равно нельзя будет найти «дефицит ци» или «напряжение печени».

Есть ещё один способ проверки. На многих сайтах и в литературе альтернативно-медицинской направленности встречаются семь степеней или стадий зашлакованности организма, при этом читателей заверяют, что такая классификация установлена ВОЗ. Чтобы убедиться в ложности утверждения, можно воспользоваться русскоязычной версией официального сайта ВОЗ и ввести в поле поиска «зашлакованность». Результат будет нулевым. На ВОЗ в принципе ссылаться очень любят, так что этот приём верификации тех или иных заявлений определённо пригодится.

Четвёртый

Назначение лечения по итогам единственного обследования. Терапия предусматривает курсы приёма БАД, «волшебной» воды, «информационных лекарств», «отрубание энергетических хвостов» и прочие не связанные с реальным лечением действия.

По большому счёту, вся псевдодиагностика — это лишь аперитив, а основное блюдо — лечение. Единственная цель любой шарлатанской методики — быстро напугать обследуемого, наставить ему кучу диагнозов один непонятнее и страшнее другого и, пока клиент дезориентирован, заставить его раскошелиться на «программу» — «очищающую», «профилактическую», «антипаразитарную» и т.п. Редко предлагается одно-единственное средство. Чаще всего пытаются всучить целый набор биодобавок или иных чудо-препаратов на достаточно ощутимую (речь идёт о десятках тысяч рублей) сумму. При этом официально зарегистрированных лекарств, особенно рецептурных, в таком списке практически не бывает.

Характерный признак: лечение назначает либо сам диагност — оператор чудо-прибора, либо специально обученный дистрибьютор-консультант, поджидающий вас у двери кабинета и в подавляющем большинстве случаев не имеющий медицинского образования. Нередко оператор-диагност одновременно является и дистрибьютором. В нормальной медицине диагностика и лечение — разные специальности. И решение о тактике в отношении конкретного пациента принимает его лечащий врач (терапевтического или хирургического профиля), собравший у себя все заключения врачей-диагностов, необходимые для вынесения вердикта.

Итак, если вас начинают склонять к покупке «программы» или «курса» чудо-средств сразу же по завершении диагностической процедуры, вероятность мошенничества — 99,9%. А если при этом настойчиво предлагают работу в «динамично развивающемся международном бизнесе» по распространению БАД или приборов — то и все 100%.

Пятый

Заявления о подделках приборов и программного обеспечения к ним.

Современные медицинские диагностические приборы — настоящие шедевры инженерной мысли. Мало что сравнится с ними по сложности исполнения. И вряд ли кому придёт в голову подделывать громоздкий магнитно-резонансный томограф или даже портативный одноканальный электрокардиограф.

Во-первых, это дорого. Очень. Во-вторых, в этом нет смысла, ведь если аппарат не будет выполнять заявленных функций, его просто вернут производителю, да ещё и иск в суд подадут. Поэтому ни разу в новостях не приходилось читать или слышать о партии поддельных рентгеновских установок или автоматических анализаторов для клинической лабораторной диагностики. А вот на сайтах, где продаются различные биорезонансные приборы, объявления о подделках мелькают постоянно: мол, будьте осторожны, правильные аппараты и программы только у нас, больше ни у кого, остальные продавцы — шарлатаны и мошенники.

Почему нельзя подделать аппарат УЗИ и можно провернуть этот фокус с чем-то биорезонансным? Ответ прост: во втором случае мы изначально имеем дело с имитацией, набором дешёвых микросхем и немедицинским программным обеспечением. Неудивительно, что находятся желающие заработать на копировании имитации. Ещё интереснее, когда на сайтах продавцов появляется информация о необходимости срочно приобрести обновлённый софт или новую версию прибора, так как в предыдущих модификациях были обнаружены некие критически важные ошибки.

Возникает вопрос: а как быть с диагнозами, поставленными при помощи таких аппаратов? А с лечением, назначенным по итогам ошибочной псевдодиагностики? Вы когда-нибудь видели объявление в поликлинике: «Уважаемые пациенты, срочно пройдите флюорографию заново, оборудование оказалось поддельным»? А среди альтернативщиков подобное встречается сплошь и рядом, нередко проводится обзвон по базам клиентов с приглашением на повторное обследование по причине ошибочности предыдущего.

Малые критерии (1 балл каждый)

Первый

Не обнаруживается хирургическая патология. Если вдруг её находят, то лечение предлагают консервативное.

Почему — понятно. Дело шарлатанов — обнаружить у вас несуществующую болезнь и вылечить её несуществующими препаратами. С реальной хирургической патологией они связываться не будут в принципе: это для них опасно по многим причинам. Так что ни трещин в костях, ни паховой грыжи, ни привычного вывиха плечевого сустава, ни кишечной непроходимости не найдут, даже если они есть. Да что там говорить, вросшего ногтя не заметят.

Почему это не может быть большим критерием? Прежде всего, диагностические ошибки в хирургии допускают и настоящие врачи. Например, по результатам анализа деятельности хирургических отделений очень крутой американской исследовательской клиники Мейо выяснилось, что хирурги за 5 лет сделали 69 грубых ошибок (отрезали не то, прооперировали не с той стороны, забыли в пациенте инструмент и т.п.). В другом исследовании было показано, что если бы все медицинские ошибки в США фиксировались как причина смерти, то вполне могли бы занять почётное третье место в структуре смертности, сразу после сердечно-сосудистой и онкологической патологии. Проблема эта общемировая, её пытаются анализировать и искать пути решения, но пока без особых успехов.

Актуальна она и для России. Ещё в 1837 году великий российский хирург Николай Иванович Пирогов в предисловии к первому тому «Анналов хирургического отделения клиники императорского Дерптского университета» писал: «Я считал… своим священным долгом откровенно рассказать читателям о своей врачебной деятельности и её результатах, так как каждый добросовестный человек, особенно преподаватель, должен иметь своего рода внутреннюю потребность возможно скорее обнародовать свои ошибки, чтобы предостеречь от них других людей, менее сведущих».

Кроме того, подходы к лечению многих привычных заболеваний со временем меняются. Например, с 2012 года регулярно появляются данные о том, что при аппендиците антибиотикотерапия в некоторых случаях бывает не менее, а иногда и более эффективной, чем операция (раз, два, три). Не исключено, что когда-нибудь такой подход станет не экспериментальным, а общепринятым, классическим. И никакой шарлатанщины или альтернативщины в этом не будет — нормальное развитие медицины как науки.

Второй

Одновременно говорят о тысячелетнем или многовековом опыте, который лежит в основе методики, и о её инновационности («Мы обогнали время на 20–50–100 лет»).

Такого не бывает в принципе. Все существующие на сегодня и реально работающие лабораторные и инструментальные методики насчитывают от силы пару столетий, а уж современные их модификации — максимум несколько десятков лет. Наука развивается, и по мере её развития неизбежно появляются уточнения и дополнения. Понятно, что бывают недоразумения, недопонимания и противостояния теорий и школ в науке. Но к моменту внедрения методики в практику они чаще всего устаканиваются: либо находится разумный компромисс, либо побеждает одна из точек зрения.

По этой же причине невозможны диагностические методики, обогнавшие время. Сначала открывается некое явление, и только потом на этом фундаменте возникает нечто практически-диагностическое. Вот с лекарствами ситуация несколько иная: известны случаи, когда по сто лет никто достоверно не знал точный молекулярный механизм их действия (аспирин, парацетамол). А с диагностикой — только так: сначала явление, потом методика на её основе. Обработка линз — оптический микроскоп — микроскопирование. Рентгеновские лучи — рентгеновская диагностика. Ядерный магнитный резонанс — МРТ и фМРТ. Не могла возникнуть ультразвуковая диагностика до открытия ультразвука или фиброгастродуоденоскопия до изобретения гибкой волоконной оптики. И так далее.

Малым этот критерий остаётся по следующим причинам: если есть возможность сверить новую методику с «золотым стандартом», а также подтвердить результаты с помощью уже существующего арсенала медицины, нет необходимости прямо сейчас требовать знания молекулярного механизма происходящего. Со временем все выяснится.

Третий

Высокий уровень визуализации.

Обработка изображений — чрезвычайно сложная штука. Проще (и дешевле) обучить специалиста, который будет понимать, что происходит на экране, чем доводить аппарат до уровня телевизора, когда всем всё видно и понятно. Пациенту нет необходимости смотреть в монитор или на ленту ЭКГ. Его задача проста — прийти, лечь или сесть и отдаться в руки профессионала.

Если вы, не имея специальной подготовки, понимаете всё, что отображается на экране, и мало того, во время диагностики ваше внимание занято только этим, если оператор постоянно комментирует и показывает вам, что он там у вас нашёл, то велика вероятность, что вас вводят в заблуждение. В той же биорезонансной диагностике используются изображения из электронных анатомических атласов, где всё предельно ясно.

Если вы, не имея специальной подготовки, понимаете всё, что отображается на экране, то велика вероятность, что вас вводят в заблуждение.

Почему это не большой критерий? Во-первых, системы распознавания сложных изображений постоянно совершенствуются, многие диагностические комплексы способны создавать 3D-модели органов и частей тела на основе собранной информации. Так что в итоге и многие нешарлатанские методики станут достаточно зрелищными и даже в чем-то понятными. Во-вторых, на УЗИ беременным часто показывают их будущего малыша на экране аппарата, объясняют, где у него что, дают послушать сердцебиение, то есть всячески привлекают внимание женщин к процессу диагностики.

Четвёртый

Не обнаруживаются «контрольные» заболевания или состояния.

Ни одна шарлатанская диагностика не обнаружит внешне ещё не проявившуюся беременность, если пациентка специально не сообщит об этом заранее. Кроме того, когда оператору биорезонансного прибора нарочно ради проверки задавали вопрос о состоянии плода, он заверял, что тот развивается нормально, однако для более эффективного развития мозга не хватает йода («поэтому вам надо пропить нашу специальную программу»). Надо ли говорить, что никакого плода на самом деле не было.

В принципе, шарлатанские методики в подавляющем большинстве случаев не в состоянии отличить, живые им организмы подсовывают на обследование или неживые. Показательный эксперимент был проведен в рамках съёмок документального фильма «Шарлатаны» (Первый канал, автор — Лариса Скрыпник). Мы сделали простую вещь: взяли варёно-копченую колбасу и попытались снять у неё электрокардиограмму. Длины палки вполне хватило, чтобы присоединить четыре электрода для снятия стандартных отведений, но после включения электрокардиографа мы увидели лишь изолинию. Что логично: никакой электрической активности в толще колбасы быть не может. После этого мы взяли прибор электроакупунктурной диагностики по Фоллю. Судя по описанию методики, мы не должны были обнаружить на поверхности колбасы никаких биологически активных точек. Что из этого получилось — можно посмотреть в отрывке из фильма.

Ещё один нюанс: среди моих знакомых есть женщина с полным зеркальным расположением органов (situs viscerum inversus totalis), когда сердце и селезёнка находятся справа, а печень и аппендикс — слева.

В принципе, шарлатанские методики в подавляющем большинстве случаев не в состоянии отличить, живые им организмы подсовывают на обследование или неживые. Ещё один нюанс: среди моих знакомых есть женщина с полным зеркальным расположением органов (situs viscerum inversus totalis), когда сердце и селезёнка находятся справа, а печень и аппендикс — слева. Она коллекционирует различные псевдодиагностические методики — от иридодиагностики до ауроскопии, но пока что ни одна из них не определила «зеркальность».

Она коллекционирует различные псевдодиагностические методики — от иридодиагностики до ауроскопии, но пока что ни одна из них не определила «зеркальность». Впрочем, эта же моя знакомая — страшный сон и для нормальных врачей: не всем сразу приходит в голову мысль о её необычной патологии, хотя даже на ЭКГ видны характерные изменения, ну а рентген или УЗИ развеивают последние сомнения.

Знаю одну молодую женщину-доктора с подагрой. Тот ещё диагностический ребус — всё нетипично для данной патологии: пол, возраст, клиника. Биорезонанс с ним не справился в принципе, хотя простая биохимия крови даёт обильную пищу для размышлений.

Почему это малый критерий? Потому что и «официальной медицине» такие задачки не всегда по зубам.

Пятый

Невозможность подтверждения (уточнения) результатов при помощи существующих методов диагностики.

Настоящие диагностические методики в некоторых областях пересекаются. Неполадки с клапанным аппаратом или признаки ишемии миокарда можно обнаружить как на ЭКГ, так и на ультразвуковом исследовании сердца. Туберкулёз лёгких засекается на рентгене и в посеве мокроты. Узлы в щитовидке можно найти на УЗИ, а уточнить, «горячие» они или «холодные», — на сцинтиграфии. И так далее. Любая псевдодиагностическая методика — вещь в себе. Зашлакованность вы ничем не подтвердите, а рН «закисленной» крови в 99,9% случаев будет в пределах нормы (0,1% оставим на простое совпадение).

Но большого критерия из этого не получится. Объясню на примере гельминтозов. Разнообразные паразиты прекрасно приспособились к нахлебническому образу жизни. В частности, они научились «договариваться» с иммунной системой, чтобы та их не обнаруживала и не натравливала на них лимфоцитарный ОМОН. Кроме того, вещества, выделяемые некоторыми гельминтами, влияют на производство антител (иммуноглобулинов). Вместо прицельных IgE против конкретного паразита в крови начинают продуцироваться менее эффективные IgG/IgG4, то есть у бойцов иммунитета отбирают управляемые снаряды, а взамен выдают мелкую дробь. Всё это приводит к тому, что методы лабораторной диагностики в упор не видят гельминтов. Как минимум — по анализу крови.

Когда можно обнаружить вторжение? Когда паразит уже основательно закрепился в организме и не собирается менять место жительства. Например, эхинококк способен образовывать объёмные кисты в печени или головном мозге, после чего их можно увидеть на УЗИ или МРТ. Но это уже финальная стадия заболевания, требующая сложного хирургического вмешательства с очень неоднозначным прогнозом. Другой вариант: когда старый глист решает, что он устал и ему пора уходить. В этом случае его бездыханное тело можно будет обнаружить в испражнениях бывшего владельца.

Можно ли засечь гельминтов пораньше? Теоретически да, а на практике — только если очень сильно повезёт. Во-первых, паразиту должно приспичить размножаться. Во-вторых, яйца должны попасть в мочу, мокроту, желчь или в каловые массы, то есть в итоге оказаться вне человеческого организма. В-третьих, именно в этот момент у пациента должны взять анализ тех самых выделений, где есть яйца (раз, два).

Эти факты позволяют псевдодиагностам безнаказанно «находить» паразитов у всех подряд. Однозначно подтвердить или опровергнуть диагноз традиционными методами крайне сложно.

Шестой

Методика либо не зарегистрирована в соответствующих органах, либо в разрешительных документах указано другое название.

Общая схема проста, причём используют её шарлатаны во всём мире: если методика пока не разрешена или напрямую запрещена контрольно-надзорными органами, нужно поменять название, примазавшись к легальной, реально существующей технологии.

Например, гемосканирование, или диагностика по живой капле крови, не разрешено для применения на территории РФ в качестве медицинской технологии. Но можно получить лицензию на клиническую лабораторную диагностику, в том числе на процедуру взятия крови на анализ.

Псевдодиагностический аппарат Фолля можно переименовать в прибор для измерения электрического сопротивления кожи, что будет абсолютной правдой. Понятно, что при этом не будет разрешено ставить диагнозы и назначать лечение, но эти нарушения ещё нужно зафиксировать, а за всеми шарлатанами не уследишь. Чем они активно пользуются.

Критерий, к сожалению, малый: некоторые псевдомедицинские методики успешно легализовались под собственным именем. Например, абсолютно законна биорезонансная рефлексотерапия.

Седьмой

Эффективность методики подтверждают, демонстрируя патенты, заключения Роспотребнадзора, дипломы и медали различных организаций и выставок, в том числе международных.

Патент свидетельствует о том, что кто-то что-то придумал и первым это зарегистрировал. Не более того. Об эффективности же могут свидетельствовать только должным образом проведённые клинические исследования, результаты которых можно: а) найти в рецензируемых, в том числе международных, научных журналах; б) воспроизвести.

То же самое касается сертификатов соответствия и прочих санитарно-гигиенических правил. Они лишь подтверждают, что прибор (устройство, аппарат) соответствует требованиям нормативных документов и, следовательно, его воздействие на человека не является вредным.

Шарлатанские методики очень любят обвешиваться «погремушками» в виде золотых медалей каких-нибудь выставок, дипломов и медалей РАЕН, ЕАЕН, МАИСУ, РАНМ, а также других Академий Со Всех Заглавных Букв, которые на поверку оказываются общественными, а не научными организациями. Всё это, понятное дело, ни в коей мере не свидетельствует об эффективности, не характеризует чувствительность и специфичность, а говорит лишь о платёжеспособности псевдодиагностов.

Все перечисленные регалии имеют свою, и, между прочим, вполне подъёмную цену. Например, стать на один год иностранным членом Нью-Йоркской академии наук (некоммерческой организации под названием «The New York Academy of Sciences») можно за 155 долларов, а если заплатить сразу за три года, удастся сэкономить целых 63 доллара. При этом вы становитесь обладателем красочно оформленного сертификата и можете именовать себя академиком.

Почему это малый критерий? Потому что нормальные диагностические методики и оборудование тоже патентуются, ездят по выставкам, получают дипломы и медали.

***

Подробный разбор некоторых популярных псевдодиагностических методик — в книге «Пациент разумный. Ловушки «врачебной диагностики», о которых должен знать каждый».

Получить ссылку на материал

Спасибо!

Также вы можете подписаться на обновления сайта:

3 Комментария

    То есть, метод биорезонанса - это полный развод? Или, всё-таки, существуют специалисты, разбирающиеся в этом, и способные оказать результативную помощь?
    Ответ пользователю Ольга Ермакова: Полный развод, без вариантов. Нельзя разбираться в том, чего не существует. Да и проводились неоднократно попытки таких специалистов обнаружить - в рамках слепых контролируемых экспериментов. Просто предлагали таким диагностам отличить заболевание от его отсутствия или одно заболевание от другого. Они не только путали здоровых и больных, определяемых с помощью нормальных диагностических методов (когда можно было бы сказать, что это просто "официальная медицина" ничего не знает, они еще и кросс-исследование заваливали, то есть не подтверждали диагнозов коллег (ни разу) и - когда им через некоторое время по второму кругу запускали их же пациентов - свои диагнозы тоже не подтверждали.

Добавить комментарий