Вселенная Создателя?

Меня попросили высказаться, имеются ли признаки спроектированности Вселенной.1 Тут надо сначала понять, как такой Создатель мог бы выглядеть. Вообще любую возможную Вселенную можно назвать результатом работы некоего проектировщика — даже полностью хаотичную без каких-либо законов и правил, если допустить, что она создана идиотом.

Поэтому вопрос надо задать по-другому: имеются ли признаки, что Вселенная была создана божеством, более или менее соответствующим представлениям традиционных монотеистических религий — не обязательно в виде фигуры с потолка Сикстинской капеллы, но, по крайней мере, какой-то личностью, разумом, создавшем Вселенную и выказывающим особую озабоченность жизнью, — в частности, человеческой. Уверен, мало кто всё воспринимает так буквально. Скорее вы представляете себе нечто более абстрактное, некий космический дух порядка и гармонии, как это делал Эйнштейн. Думайте как хотите, конечно, но непонятно, зачем использовать слова «создатель» или «бог», кроме, пожалуй, как для художественной окраски.

Раньше казалось естественным, что мир создан по велению какого-то разума. Ведь что же ещё могло объяснить огонь и дождь, молнии и землетрясения? Самое главное, замечательные способности живых существ прямо таки указывали на Создателя, имевшего к жизни особый интерес. Сегодня большинство этих вещей мы объясняем физическими силами, действующими по универсальным законам. Пока мы ещё не знаем основных фундаментальных законов и не можем рассчитать все последствия законов, уже известных нам. Человеческий разум всё ещё чрезвычайно труден для понимания, но такой же является, например, и погода. Нельзя предсказать, пойдёт ли дождь через месяц, но законы, вызывающие его, мы знаем, хотя и не всегда можем рассчитать их последствия. Не вижу в человеческом разуме ничего более сложного, чем в погоде, ничего, отрицающего самой возможности понимания универсальных законов, действующих миллиарды лет.

Раньше казалось естественным, что мир создан по велению какого-то разума. Ведь что же ещё могло объяснить огонь и дождь, молнии и землетрясения?

Судя по всему, исключений из этого естественного порядка нет, чудес не бывает. У меня сложилось впечатление, что сегодня большинство богословов приводят в замешательство разговоры о чудесах, хотя основные монотеистические религии основаны на свидетельствах о чудесах — неопалимая купина, пустой гроб, ангел, диктующий Коран Мухаммеду — а некоторые из этих конфессий учат, что чудеса случаются и в наше время. Доказательства всех этих чудес мне кажутся значительно более слабыми, чем доказательства возможности холодного термоядерного синтеза, а я даже в него не верю. Что важно, сегодня мы понимаем, что даже люди — результат естественного отбора, действовавшего на протяжении миллионов лет размножения и питания.

Думаю, что если бы мы и могли где-то увидеть руку создателя, то нашли бы её в фундаментальных принципах, в основных законах природы, книге правил, которым подчиняются все природные явления. Мы пока не знаем основных законов природы, но, насколько можно судить, они все носят совершенно безличный характер и не имеют какого-то особого отношения к жизни. В них нет «жизненной силы». Когда вы смотрите на Вселенную и понимаете её законы, как сказал Ричард Фейнман (Richard Feynman), «теория, что всё это устроено в качестве сцены для бога, разворачивающего борьбу человека за добро и зло, представляется несостоятельной».

Правда, когда квантовая механика была чем-то новым, некоторые физики считали, что она вернёт особую роль людей в картину мира, потому что принципы квантовой механики — о том, как вычислить вероятности различных результатов при наблюдении их человеком. Но, начиная с работ Хью Эверетта, увидевших свет сорок лет назад, физики, глубоко вникающие в эти вещи, стараются переформулировать принципы квантовой механики более объективно, где наблюдателю отводится такое же место, как и всему остальному. Не знаю, насколько сейчас успешны результаты такого подхода, но думаю, рано или поздно это произойдёт.

Должен признать, что даже когда физики зайдут далеко насколько возможно, когда у нас будет окончательная теория, мы не получим полностью удовлетворяющую нас картину мира, потому что по-прежнему останется нерешённым вопрос: «Почему?». Почему именно эта теория, а не какая-либо другая? Почему мир описывается именно квантовой механикой? Квантовая механика — один из разделов нашей нынешней физики, который кажется способным органично вжиться в любую из теорий будущего, но при этом в квантовой механике нет ничего логически неизбежного. Я с равным успехом могу представить себе Вселенную, живущую по законам ньютоновской механики. Так что, похоже, здесь присутствует неподдающаяся разгадке тайна, раскрыть которую науке только предстоит.

Религиозные теории творения сталкиваются с теми же проблемами. Либо вы под терминами «бог», «творец» имеете в виду что-то определённое, либо нет. Если нет, о чём вообще говорить? А если вы действительно имеете в виду что-то определённое, если, например, верите в Бога, который ревнует или любит, который умён, или эксцентричен, то всё равно сталкиваетесь с вопросом «Почему?». Религия может утверждать, что Вселенная управляется каким-то определённым богом, и может привести доказательства этого догмата, но не объяснит, почему это так.

В связи с этим, мне кажется, физика находится в лучшем положении, поскольку даёт нам отчасти удовлетворительное объяснение мира, чего не может дать религия. Ведь хоть физики и не смогут объяснить, почему законы природы именно таковы, каковы они есть, мы, по крайней мере, сможем объяснить, почему они не могут быть иными.

Например, никто не может придумать логически последовательную альтернативу квантовой механике, лишь немного отличающуюся от неё. Если пытаться внести небольшие изменения в квантовую механику, то получаются теории с отрицательными вероятностями или иные логические нелепости. При объединении квантовой механики с теорией относительности увеличивается логическая хрупкость последней. Становится понятно, что если не организовать теорию нужным образом, в результате получится ерунда, как, например, предшествующие причинам следствия или бесконечные вероятности. А вот религиозные теории — бесконечно гибки, ничто не ограничивает придумывание божеств любого возможного вида.

Далее, мне кажется недостаточным просто сказать, что руки создателя не узреть в том, что мы знаем о фундаментальных принципах науки. Возможно, эти принципы не имеют прямого отношения к жизни, тем более к человеческой, всё-таки они были хитро созданы именно такими, чтобы позволить этой жизни зародиться.

Некоторые физики утверждают, что определённые природные константы, видимо, загадочным образом настроены именно на значения, благоволящие возможности возникновения жизни, что можно объяснить только вмешательством творца с какой-то особой озабоченностью по поводу жизни. Меня эта теория совсем не впечатляет. Например, один из наиболее часто упоминаемых примеров тонкой настройки — свойства ядра атома углерода. Материя, возникшая в первые несколько минут существования Вселенной, почти полностью состояла из водорода и гелия. Не было практически ни одного из тяжёлых элементов, таких как углерод, азот и кислород, кажущихся необходимыми для жизни. Тяжёлые элементы, которые мы находим на Земле, возникли сотни миллионов лет спустя в первом поколении звёзд, затем изверглись в межзвёздный газ, и со временем из них образовалась наша Солнечная система.

Первым звеном цепочки радиоактивных превращений, в которой возникли тяжёлые элементы в ранних звёздах, как правило, является образование ядра углерода из трёх ядер гелия. Шанс получения ядра углерода в его основном состоянии (состоянии с наименьшей энергией) при столкновении трёх ядер гелия ничтожно мал, но существовала возможность возникновения значительного количества углерода в недрах звёзд, если бы ядро ​​углерода могло существовать в возбуждённом состоянии с уровнем энергии, превышающим уровень энергии основного состояния ядра примерно на 7 МэВ, что соответствует энергии трёх ядер гелия, — но (по причинам, приведённым ниже) не более, чем на 7.7 МэВ.

Такое возбуждённое ядро углерода может легко синтезироваться в звёздах из трёх ядер гелия. После этого не было бы никаких проблем с производством обычного углерода; ядро углерода в возбуждённом состоянии, спонтанно излучая свет, превращается в обычный углерод в том виде, в котором мы находим его на Земле. Основная проблема синтеза углерода — существование взбуждённого состояния, возникающего при столкновении трёх ядер гелия.

В самом деле, как известно из экспериментов, ядро ​​углерода имеет только такое ​​возбуждённое состояние, при котором энергия ядра на 7.65 МэВ превышает энергию основного состояния. На первый взгляд, значение может показаться довольно близким к максимально допустимому; энергия этого возбуждённого состояния углерода отличается от предельного значения, при котором возможно формирование углерода (и, следовательно, каждого из нас) всего на 0.05 МэВ, что меньше одного процента от 7.65 МэВ. Может показаться, что природные константы, от которых зависят свойства всех ядер, были тщательно откалиброваны, чтобы сделать жизнь возможной.

Однако если взглянуть на них внимательнее, тонкая настройка природных констант будет уже не такой очевидной. Нужно рассмотреть причину, по которой образование углерода в звёздах требует наличия возбуждённого состояния углерода с энергией, превышающей энергию основного состояния не более чем на 7.7 МэВ. Причина в том, что ядра атомов углерода в этом состоянии фактически формируются в два этапа: на первом два ядра гелия образуют неустойчивое ядро изотопа ​​бериллия — бериллий-8, — которое в некоторых случаях до распада захватывает другое ядро гелия, образуя ядро углерода в возбуждённом состоянии, затем распадающееся и образующее обычный углерод. Общая энергия ядра бериллия-8 и ядра гелия в состоянии покоя на 7.4 МэВ выше энергии основного состояния ядра углерода; так что если энергия ядра углерода в возбуждённом состоянии превышала бы 7.7 МэВ, то он мог бы синтезироваться только при столкновении ядер гелия и бериллия-8 в том случае, если бы энергия движения этих двух ядер составляла, по крайней мере, 0.3 МэВ — однако такая энергия крайне маловероятна при температурах внутри звёзд.

Таким образом, критическим параметром синтеза углерода в звездах становится не энергия возбуждённого состояния углерода, превышающая на 7.65 МэВ энергию основного состояния, а разница в 0.25 МэВ между энергией возбуждённого состояния нестабильного комплекса из ядер бериллия-8 и гелия и энергией этих ядер в покое.2 Это значение отстоит от предельно допустимого для производства углерода на величину 0.05 МэВ/0.25 МэВ, или на 20%, что уже не похоже на «точную настройку».

Вот такой довольно спорный вывод можно сделать, изучив синтез углерода. В любом случае, есть одна константа, значение которой кажется удивительно хорошо настроенным в нашу пользу. Это — плотность энергии вакуума, также известная как космологическая постоянная. Она может иметь любое значение, но с первого взгляда можно сказать, что константа должна быть очень большой и что она может иметь либо положительное, либо отрицательное значение. Большая и положительная космологическая постоянная будет выступать в качестве силы отталкивания, увеличивающейся в зависимости от расстояния, силы, которая препятствовала бы «слипанию» материи в ранней Вселенной — процессу, послужившему первым шагом в формировании галактик, звёзд, планет и людей. Большая и отрицательная космологическая постоянная выступала бы в качестве силы притяжения, увеличивающейся с расстоянием, силы, которая почти сразу же обратила бы вспять расширение Вселенной и заставила её вновь сжаться, не оставляя времени на развитие жизни. На самом деле, астрономические наблюдения показывают, что космологическая постоянная достаточно мала, гораздо меньше, чем можно было бы предположить в первом приближении.

В любом случае, есть одна константа, значение которой кажется удивительно хорошо настроенным в нашу пользу.

Пока ещё слишком рано говорить, существует ли какой-то фундаментальный принцип, который объяснит, почему эта постоянная должна иметь столь малую величину. Но даже если такого принципа нет, последние события в космологии дают возможность объяснения того, почему измеренные значения космологической постоянной и других физических констант благоприятны для появления разумной жизни. Согласно теории хаотической инфляции Андрея Линде и других учёных расширяющееся облако миллиардов галактик, называемое «Большим взрывом», может быть только фрагментом гораздо большей Вселенной, в которой большие взрывы происходят постоянно, каждый с различными значениями фундаментальных констант.

Согласно данной теории, Вселенная состоит из разных частей, в каждой из которых физические константы имеют различные значения. Это позволяет говорить о том, что они могут принимать значения, благоприятные для возникновения разумной жизни. Из длинной череды больших взрывов только в результате некоторых из них создаются подходящие условия для зарождения жизни. Мучить великодушного создателя вопросами вроде: «Почему жизнь появилась именно на нашей планете, и есть ли жизнь в других областях Вселенной?» — пустая трата времени. Ведь в других частях Вселенной задаться этим вопросом просто некому.3 Если любая из данных теорий общего типа, а также тот факт, что физические константы были со скрупулёзной точностью высчитаны доброжелательным создателем, получат подтверждение, то это всё равно, что сказать: «Как же замечательно, что великодушный Господь поселил нас не на жарком Меркурии или холодном Плутоне, а здесь — на Земле, где есть и вода, и воздух, и поверхностная гравитация, и комфортная для жизни температура». Где же, как не на Земле могла зародиться жизнь?

Подобные рассуждения называют «антропными». Иногда весь их смысл сводят к тому, что природа устроена так, чтобы мы могли существовать, без каких-либо дальнейших разъяснений. Лично мне это кажется полной ерундой. С другой стороны, если действительно существуют миры, в которых некоторые фундаментальные константы принимают другие значения, то антропное объяснение того, почему в нашем мире они принимают благоприятные для жизни значения — всего лишь вопрос здравого смысла, как и объяснение, почему мы живём на Земле, а не на Меркурии или Плутоне. Значение космологической постоянной, измеренное с помощью наблюдений за поведением далёких сверхновых, как раз таково, чтобы прекрасно вписаться в подобного рода рассуждения: оно мало как раз настолько, чтобы не препятствовать формированию галактик. Но наших знаний недостаточно, чтобы сказать, существуют ли во Вселенной области, где константы действительно принимают различные значения. Это не безнадёжный вопрос; ответить на него мы будем способны, когда будем знать о квантовой теории гравитации больше, чем сегодня.

Доказательством существования благосклонного создателя мог бы служить тот факт, что жизнь [на Земле] оказалась лучше, чем можно было бы ожидать при других условиях. Чтобы судить об этом, надо всё время помнить о том, что способность получать удовольствие легко должна была возникнуть в результате естественного отбора — в качестве стимула, заставляющего животных есть и плодиться с целью передачи своих генов. Маловерятно, что в процессе естественного отбора на какой-либо планете могли бы зародиться существа, которым бы повезло иметь свободное время и способность заниматься наукой и мыслить абстрактно, но наше представление о том, что может породить эволюция, очень предвзято в силу того, что только при таких удачных стечениях обстоятельств появляется кто-то, кто может рассуждать об устройстве Вселенной. Астрономы называют это «эффектом отбора».

Вселенная огромна, а возможно даже бесконечна, поэтому не удивительно, что среди планет с простейшими организмами и среди ещё большего числа тех, где жизнь ни в какой форме невозможна, есть горстка планет с живыми существами, способными рассуждать о Вселенной также, как мы с вами. Журналист, беседовавший с победителями лотерей, может прийти к выводу, что их удача не что иное, как промысел божий. Только давайте не будем забывать о существенно большем числе тех, кто не выиграл ничего и у кого никогда не возьмут интервью. Таким образом, чтобы судить, является ли наша жизнь доказательством существования великодушного создателя, надо не только задаться вопросом, действительно ли такая жизнь лучше той, которая могла бы в любом случае получиться в результате естественного отбора, но и помнить о том, что этим вопросом задаёмся именно мы, а это невольно порождает предвзятость.

На этот вопрос каждый человек должен ответить себе сам. Даже будучи физиком, я вряд ли смогу логически обосновать существование бога, как и его отсутствие. Зато могу сделать определённые выводы на основе моего жизненного опыта. И могу с уверенностью сказать, что вёл счастливую жизнь, возможно, даже более счастливую, чем 99.99 процентов человечества. Но при всём этом я видел, как моя мама в страшных мучениях умирала от рака, как Альцгеймер полностью разрушил личность моего отца, а мои двоюродные и троюродные сестры и братья были убиты во время Холокоста. Могу ли я после этого верить в существование великодушного творца?

Повсеместные зло и страдания всегда не давали покоя верящим в великодушного и всемогущего создателя. Чаще всего подобное оправдывают наличием у людей свободной воли. Этот аргумент вкладывает в божьи уста и английский поэт Джон Мильтон в «Потерянном Рае»:

Я справедливо создал их. Нельзя
Им на Творца пенять и на судьбу
И виноватить естество своё,
Что, мол, непререкаемый закон
Предназначенья ими управлял,
Начертанный вселенским Провиденьем.

Мне кажется немного несправедливым, что мои родственники были убиты только потому, что немцы имеют право на свободное волеизъявление. Даже если так, то что общего у рака и свободы воли? Право метастазов на волеизъявление?

Я не заявляю, что зло доказывает отсутствие спроектированности Вселенной. Но я не вижу знаков благожелательности к нам, указывающих на существование Творца. В сущности, понимание Бога как карателя старо как мир. В пьесах Эсхила и Еврипида ясно показано, насколько жестокими и эгоистичными могут быть боги, которые, в свою очередь, ожидают от людей прямо противоположного поведения. В Ветхом Завете Бог велит рубить головы неверных и требует от нас готовности принести в жертву жизни детей по его приказу. В традиционном христианстве и исламе бог обрекает всех неверных на вечные адские муки. Так ли должен вести себя великодушный творец? Знаю-знаю, мы не можем судить бога по человеческим меркам, но проблема-то в том, что если мы до сих пор не уверены в его существовании и пытаемся найти следы его добродетели, то по каким же меркам его судить?

Я не вижу знаков благожелательности к нам, указывающих на существование Творца.

Темы, по которым меня попросили высказаться, могут показаться старомодными. «Телеологический довод», разработанный английским теологом Уильямом Пейли, не слишком беспокоит ум современного человека. В религии людей привлекает её духовно-нравственная сторона, а не то, насколько успешно она объясняет устройство мира. Я, в свою очередь, вынужден признать, что хоть в Творца не верю, пустился в эти пространные рассуждения лишь для того, чтобы привлечь внимание к пагубному влиянию религии на мораль.

Этот вопрос слишком многогранен, чтобы дать на него однозначный ответ. С одной стороны, я мог бы привести огромное количество примеров, когда религиозный энтузиазм наносил вред — в ходе долгой истории погромов, крестовых походов и джихадов. Мы все помним мусульманского фанатика, убившего президента Египта Анвара Садата, иудея-фанатика, убившего израильского политического деятеля Ицхака Рабина, и фанатика-индуиста, убившего руководителя движения за независимость Индии Махатму Ганди. Никому бы не пришло в голову назвать Гитлера христианином-фанатиком, но трудно представить себе, что нацизм обрёл бы свою форму без влияния многовекового христианского антисемитизма. А верующие, в противовес, могут бесконечно перечислять блага, которыми мы обязаны религии. Например, в своей последней книге «Воображаемые миры» выдающийся американский физик-теоретик Фриман Дайсон (Freeman Dyson) подчеркнул, что религиозные верования играли важную роль в борьбе с рабством.

Остановимся на данном тезисе подробнее, я не пытаюсь что-либо доказать, основываясь на единственном примере, всего лишь хочу проиллюстрировать свои взгляды на влияние религии на мораль.

Безусловно, кампания против рабовладения и работорговли очень многим обязана благочестивым христианам, в том числе — евангелисту-мирянину Уильяму Уильберфорсу в Англии и священнику-унитаристу Уильяму Эллери Чаннингу в Америке. Но христианство, подобно другим мировым религиям, существовало бок о бок с рабством на протяжении многих столетий. Да и Новый Завет закрепляет существование института рабства. Так что же христиане-борцы против рабства, такие как Уильберфорс и Чаннинг, восприняли иначе? Не было обнаружено никаких новых священных текстов, и ни Уильберфорсу, ни Чаннингу не было откровений свыше. Не что иное, как распространение рационализма и гуманизма в восемнадцатом веке побудило таких видных деятелей, как Адам Смит, Джереми Бентам и Ричард Шеридан, тоже выступить против рабства, но воодушевляли их вещи, не имеющие ничего общего с религией. Лорд Мэнсфилд, автор судебного решения по «делу Соммерсета», положившего конец рабству в Англии (но не в её колониях), был религиозен не более общепринятого, и в его решении не было религиозных доводов. И хотя инициатором кампании против рабства в 1790-х годах стал британский политик Уильям Уильберфорс, это движение также поддерживалось многими членами Парламента — например, Уильямом Фоксом и Чарльзом Джеймсом Питтом, не отличавшимися набожностью. Насколько я могу судить, моральный уровень религии почерпнул у духа времени больше, чем дух времени — у религии.

В сущности же, религия скорее поддерживала рабство, чем ему противостояла. Аргументы из Священного Писания использовались в Парламенте для защиты работорговли. Американский писатель Фредерик Дуглас в своей «Повести» («Повесть о жизни Фредерика Дугласа, американского раба» — прим. переводчика) рассказывает, насколько ему, рабу, стало тяжело жить, когда его хозяин принял веру, оправдывающую рабовладение как наказание потомкам Хама (сын Ноя, легендарный прародитель африканских народов — прим. переводчика). Марк Твен описывает свою мать как исключительно добрую женщину, чьё нежное сердце жалело даже Сатану, но это не мешало ей быть уверенной в справедливости рабства, поскольку за все годы, проведённые в довоенном (прим. переводчика — имеется в виду Гражданская войны в США) штате Миссури, она ни разу не слышала ни единой проповеди, осуждающей рабство, но слышала бесконечное множество проповедей о том, что рабство угодно Богу. С религией или без — хорошие люди могут творить добро, плохие люди могут творить зло, но чтобы хорошие люди начали творить зло — для этого нужна религия.

В полученном мною письме от Американской ассоциации содействия развитию науки было сказано, что цель данной конференции — конструктивный диалог между религией и наукой. Я всеми руками за диалог — но только не за конструктивный. Считаю одним из величайших достижений науки тот факт, что благодаря ей учёные имеют право не верить в Бога. От этого достижения нам не следует отступать.

Стивен Вайнберг. «A Designer Universe?».


Над переводом работали Олег Коптев, Виктория Соболева, Алина Филатова, Анастасия Ткаченко, иллюстрации Лизы Еленской.

  1. Данная статья основана на докладе, сделанном на конференции по устройству космоса, проводившейся в апреле 1999 года Американской ассоциацией содействия развитию науки в Вашингтоне.

  2. В 1989 году учёные М. Ливио, Д. Холловелл, А. Вэйс и Дж. В. Труран (M. Livio, D. Hollowell, A. Weiss, J.W. Truran) привели данные расчёты в своей научной работе («Антропное значение существования радиоактивного состояния углерода 12C», Nature, том 340, No. 6231, июль 27, 1989). Они сделали расчёты, согласно которым образование углерода в звёздах требует, чтобы максимальная энергия возбуждённого состояния углерода превышала энергию основного состояния не более чем на 7.7 МэВ.

  3. Другая группа учёных пришла к этому же выводу, но более хитроумным путём, применив квантовую механику ко всей Вселенной. Стивен Хокинг и Сидни Коулман в своих работах доказали, что квантово-механические эффекты порождают бесчисленное множество альтернативных вселенных, каждой из которых соответствует определённый набор фундаментальных констант. Ознакомьтесь с работой Сидни Коулман «Чёрные дыры как отвлекающий маневр: топологические колебания и потери квантовой когерентности», Ядерная Физика, том Б307 (1988), с. 867.

Биография

Стивен Вайнберг закончил Корнелльский университет и Принстонский университет. Преподавал в Колумбийском университете, Калифорнийском университете в Беркли, Массачусетском технологическом институте и Гарварде, где с 1973 по 1982 занимал должность профессора физики. С 1982 года Вайнберг работает в Техасском университете в Остине, где возглавляет Теоретическую группу. Здесь же занимает должность профессора физики и астрономии. Стивен Вайнберг занимался изучением квантовой теории поля, физики элементарных частиц и космологии. За свои труды был удостоен большим количеством премий и наград, в том числе Нобелевской премии в области физики. А также получил американскую Национальную медаль за научные исследования, медаль Бенджамина Франклина за выдающиеся достижения в науке и Медаль Мэдисона. Лауреат премии Дэнни Хайнемана в области математической физики и премии Оппенгеймера. Вайнберг — почётный доктор многих престижных университетов. Член Национальной Академии наук, британского Королевского общества, Американской национальной академии наук и искусств, Международного союза астрономов и Американского общества философов. Стивен Вайнберг также известен как автор научной литературы. Помимо своего выдающегося труда «Гравитация и Космология», он также написал несколько книг для массового читателя. Например, «Первые три минуты» (на данный момент переведена на 22 языка), «Открытие субатомных частиц» и «Мечты об окончательной теории». Также он написал учебник по квантовой теории поля в двух томах.

Получить ссылку на материал

Спасибо!

Также вы можете подписаться на обновления сайта:

6 Комментариев

    Интересная статья. Но религию, как мне кажется, не стоит оценивать однобоко. С одной стороны она заставляет людей верить в сверхъестественное и делать неверные выводы насчёт мироустройства, а с другой помогает ограничивать их действия, которые в большинстве своём корыстны. Религиозные фанатики -- это побочный эффект, в целом-то конфессии создают определённые нормы морали, по которым люди живут, пускай в каждой религии есть свои особенности, но общие черты прослеживаются. Пока общество не достигнет достаточного уровня культуры или пока каждый отдельный индивид не научится ограничивать свои потребности, руководствуясь своим собственным пониманием, от религии отказаться нельзя. Иначе будет культурный дисбаланс, который чаще всего несёт негативные последствия.
    Ответ пользователю gorysont: Вот только нормы морали сформированы не религией, а потребностью людей жить в группе. Религия не является их источником и никогда не формировала их с нуля. Более того, какое-либо отношение к моральным ценностям, четкое разделение на добро и зло монотеистических конфессий – сравнительно свежие изобретения. Всего лишь несколько тысяч лет назад боги карали за неправильно заплетенные косы и неправильный (не симпатичный конкретному богу) цвет рубашки, так же жестоко, как современные – за обман и насилие.
    Ответ пользователю nomatter: Согласен, но люди уже настолько привыкли к ней, что просто так от религии не отказаться. Хотя я полностью разделяю ваши взгляды.
    Ответ пользователю gorysont: Да, религии задают некие нормы морали, но... кто сказал, что их бы не было без религии? В античной Греции или Римской Империи, причём, они были значительно лучше тех, что пришли им на смену в средневековье вместе с христианством.
    Ответ пользователю Desmond: Нормы бы в любом случае появились, конечно, и без религии, интересно было бы посмотреть на такой мир.
    Ответ пользователю Desmond: считаю , что нормы морали ( которые "задала" религия ) как раз таки напрямую удвл. потребности религии .

Добавить комментарий